FREAKTION

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FREAKTION » Архив незавершенных эпизодов » 2015.03.26 End Of Me


2015.03.26 End Of Me

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

End Of Me

[audio]http://pleer.com/tracks/7346136XOsp[/audio]

http://2.firepic.org/2/images/2015-10/26/im0ea0fcohaz.gif

В эпизоде:
дата: 26 марта '15;
место: дом Уилла;

В ролях:
Уилл и Мод.

Билли без особых проблем отпускает Хоган домой, когда она изъявляет желание вернуться. В следующий раз Мод приходит с целью поговорить, но уже не с альтер-эго Уильяма, а с самим Ясперсом. Разговор, правда, приобретает очень неожиданный и даже пугающий оборот.

Отредактировано William Jaspers (26.10.2015 13:42:38)

2

Всё валится из рук. Две тарелки и стакан — точнее то, что от них осталось — после встречи с кафелем покоятся в мусорке. Еще и кисть порезал, когда осколки собирал. Руку пришлось перебинтовывать и колоть лекарство; пальцы при этом сильно дрожали, он не сразу попал в вену. Сложно сосредоточиться, когда, стоит закрыть глаза, видишь собственные руки, сжимающие шею Мод; сложно принять то, что это действительно твои руки, и что в произошедшем ты виноват не меньше, чем внутренний демон. Раздражение с новой силой ударяет по разуму, когда Уильям находит знакомую, но не принадлежащую ему вещь: в подушках дивана он находит початую пачку сигарет Лаки Страйк с красным кружком. Ясперс, открывая нижний шкаф под раковиной, на мгновение замирает над мусоркой, чувствуя невероятно странное и незнакомое наваждение: ему очень хочется покурить.
...
Табак на вкус оказывается не таким уж и мерзким, как казалось всё прошлое время; Уильяму кажется, что раньше он просто не слишком много внимания уделял размышлениям о курении, поставив на нём крест ещё в юном возрасте. Но люди склонны меняться, временами — далеко не в лучшую сторону.
Заподозрить синтез Уильяму мешает один факт: он слишком поглощён мыслями о том, что именно случилось с Мод. Звонить он ей не решается хотя бы потому, что боится не услышать её голос, убедившись, что самые худшие опасения оправдались. Легче держать себя в слепом неведении, оттягивая момент истины. Перспектива умереть прямо на месте, услышав плохие новости, прельщает Ясперса гораздо меньше, чем муки догадок: здесь хотя бы можно придумать что-то хорошее.
Получается, правда, в высшей степени омерзительно.
...
Стук в дверь эхом отдаётся в голове Уильяма; то, с какой быстротой он подлетает к выходу, по пути врезавшись в спинку кресла, тоже не встречается как неадекватная реакция: Уилл очень, крайне сильно надеется, что его ожидания относительно того, кто стоит на пороге, оправдаются, но страх не покидает его и сейчас. Он замирает, пытаясь восстановить сбившееся в мгновение дыхание, и, потирая целой ладонью несколько покрасневший бинт, делает несмелый шаг к двери. Его радует тот факт, что он не слышит полицейскую сирену, не видит красно-синих бликов; возможно, всё действительно не так, как он себе представлял.
— Мод... — хрипло протягивает Уильям, вцепившись в неё взглядом; он подаётся вперед, цепляясь травмированной ладонью за дверной косяк, слишком сильно сжимая на нём пальцы, а потом вздрагивает и одёргивает руку, ощутив режущую боль. — Ты...
«Ты жива,» — хочет сказать Ясперс, но голос ухает куда-то вниз; он резко опускает голову, судорожно выдыхая, а затем поднимает полный негодования взгляд на неё.
— Зачем ты пришла? — грубо отрезает Уильям; верхняя губа чуть дрожит, но черты лица остаются абсолютно безжизненными, если не сказать — мёртвыми. — Поболтать о моих чувствах?
Вместо того, чтобы шагнуть навстречу, Уилл делает наоборот: он пятится назад, вновь держась за косяк. Но не захлопывает перед носом Хоган дверь: он ждёт объяснений.
Страх, сжирающий его изнутри буквально несколько секунд назад, как-то быстро исчезает, практически мгновенно. На его место становится раздражение и злость. На себя — за то, что побоялся узнать правду; на неё — за то, что не напоминала о своём существовании на протяжении нескольких дней. И, конечно же, на Билли — за то, что поделился именно тем обрывком воспоминаний, из-за которого в их доме поубавилось достаточное количество посуды.
Уилл выжидательно смотрит на Хоган, щекой прислоняясь к дверному проёму. Он хочет понять, какого чёрта происходило в ту ночь.

Отредактировано William Jaspers (28.10.2015 04:39:49)

3

Поверженная рабочими полка стоит поперек коридора, одним концом упираясь в стену, а другим – в пол. Она слишком тяжелая, чтобы Мод могла оттащить её куда-то дальше, чем на метр от входной двери, так что девушке приходится постоянно через неё перелазить, передвигаясь по квартире. Хоган такая акробатика не очень нравится: полка сильно мешает, особенно когда Мод начинает собираться и приводить себя в порядок. На оставшийся после рабочих мусор она временно махнула рукой – если вешать эту гребаную доску на место, то по-любому ещё двадцать раз косяк отлетит или обои упадут. Это Джей вполне успешно мог ввинтить лампочку после получасовых раздумий под плафоном, не сломав при этом ничего другого. Но сейчас бывший муж летит к столице и содействовать процессу не может даже по телефону. Так что у Мод есть один-единственный мужчина, хотя бы теоретически способный помочь справиться с чисто бытовой проблемой. Правда, его талант строителя до сей поры оставался вопросом не поднятым и не проясненным. В крайнем случае, если он посмотрит на неё как на обнаглевшую бабу, всегда можно пойти на попятный.
На самом деле это не более, чем глупый предлог, чтобы повидаться. Мод соскучилась, но времени звонить или приезжать у неё попросту не было. Разборки с переездом, ремонтом и работой не оставляли возможности выкроить лишних несколько минут на разговор. Хоган с надеждой проверяла телефон, чаще всего уже лежа ночью в кровати, потому что голова была забита настолько, что девушка забывала, что у неё вообще есть мобильный. Но Билли не звонил и, понятное дело, не писал сообщений. Мод не могла не заметить, что постоянно думает, как он там, что делает и с кем, появлялся ли Уилл и как он себя чувствует, но эти мысли и переживания смешивались с её насущными проблемами и превращались в такую дикую кашу, что Хоган стоило определенных усилий расставить приоритеты и убедить себя, что за пару дней с Ясперсом ничего не случится. По крайней мере, она очень хотела верить, что в противном случае он поставит её в известность.
Сев в такси, Мод без запинки, уже на автомате, диктует адрес и, едва машина трогается с места, достает из сумки зеркальце и поправляет спадающие на плечи локоны. Хватит уже с неё «естественной» красоты заплаканного лица и размазанной под носом крови.
Мод вытаскивает телефон и находит в списке вызовов номер Ясперса. Её сразу коробит, как он записан, и сначала меняет имя контакта на «Уильям», а потом уже звонит. Механический голос сообщает, что абонент не желает ни с кем общаться. Хоган почему-то хмыкает и спокойно убирает айфон, вместо того, чтобы забеспокоиться. Просто это очень в духе Уилла. А в духе Билли – позабыть о такой вещи, как подзарядка.
Девушка отворачивается к окну. В этот момент она не думает о том, что что-то может быть не так.

Хоган немного волнуется, но все же не сбавляет шаг, идя к входной двери. Ей не удалось предупредить о своем визите, и теперь Мод начинает сомневаться, что Билли дома. Он не сидит привязанный: вполне мог куда-нибудь податься. Девушка вздыхает и заранее решает в таком случае посидеть и подождать его какое-то время.
Постучав, Хоган прислушивается к звукам внутри. Она почти сразу слышит глухой стук и надсадный звук, с каким обычно что-то тяжелое чиркает по полу. Мод удивляется и в который раз, ещё не видя Ясперса, строит предположения, что он там может делать. На этот раз она думает, что Билли так ломанулся к двери, что снёс какой-нибудь угол.
Вывалившееся в проем тело действительно напоминает Билли в лучших традициях его манер и внешнего вида. Растрепанные, давно не встречавшиеся с расческой кудри падают на лоб Билли, а дерганые, цепкие движения навевают мысли если не о запое, то об отчаянно мучительном выходе из него.
Мод, мягко говоря, охреневает. Нет, все понятно, что он не ожидал её увидеть сейчас и предстал в несколько непотребном виде, но вот так откровенно показывать, что ей тут не очень рады как-то неприлично. Хотя… Это же Билли. Как ещё он не сказал что-то типа «Зайди потом, а» - вполне мог бы.
И всё равно, стоит мужчине покачнуться вперёд, Хоган подается к нему и немного протягивает руки, чтобы в случае чего подхватить его и не дать упасть. Она не понимает, что такого могло произойти за пару дней, чтобы Билли так резко переменился. Пока они жили вместе, всё было более, чем хорошо; он, казалось, был всем доволен. Так что по какой причине сейчас на Мод устремлен такой жесткий взгляд и от Билли так и веет озлобленностью, для Хоган неприятная и обидная загадка.
В следующую секунду, стоит Мод услышать последнюю фразу, она буквально цепенеет и внутри всё леденеет. Девушка, не мигая, смотрит на Ясперса. Сердце начинает ускоренно биться. Пауза затягивается, но только потому, что Хоган понимает – если она сейчас откроет рот, то просто заорет.
Уилл здесь. Никуда не исчез, не умер, не испарился. Он стоит перед ней, и всё, на что Мод была бы способна в первые мгновения, это броситься к нему на шею и обнять. Возможно, ещё и разрыдалась бы от облегчения и радости, что видит его. Но вместе с появлением Уильяма снова появились и правила – его правила. И его чудесная, просто потрясающая способность сразу же устанавливать между ними дистанцию, в том числе физическую.
Хоган скрещивает руки на груди. Если он таким образом хочет опять её оттолкнуть, то это больше не прокатит.
- Я тоже очень рада тебя видеть, Уилл,  - немного резковато отвечает на выпад девушка. – Хотя я рассчитывала, что наша встреча пройдет несколько иначе. Учитывая, как долго тебя не было.
Мод расслабляет руки и отводит взгляд, отворачиваясь. Разговаривать с Уильямом таким тоном сложно и непривычно.
- Я просто хотела увидеться… - Мод не уточняет, с кем именно, и разочарованно усмехается, с горечью добавляя. – По крайней мере, болтать о моих чувствах больше нет необходимости – с ними всё ясно.
Она медленно разворачивается к Уиллу, внимательно и пристально рассматривая его лицо.
- А ты сам чего хочешь? – тихо задает вопрос Хоган. – Поговорить о том, что происходит? Или чтобы я сейчас ушла?

Отредактировано Maude Hogan (28.10.2015 02:58:52)

4

Резкость Хоган в ответ на выпад Уилл оправдывает защитной реакцией, но принять такое положение вещей он не в состоянии; Ясперс чуть щурится, вытягивая шею вперёд, будто бы не верит, что Мод это произнесла — мало того, с подобной интонацией. Желание захлопнуть перед ней дверь отголоском отдаётся в затылке, но Уильям хорошо подавляет его, однако внешне показывает своё раздражение во всей красе; он морщится, порывисто скрещивая руки на груди, и даже отводит взгляд, словно потеряв к Мод интерес. Слова, которые она произносит, так и побуждают к ответу — вдвойне более резкому, чем её. Ясперс изучает забор, отделяющий территорию от дома Риорданов; краем глаза он замечает, что Хоган тоже отворачивается, и практически сразу его взгляд приковывается к ней: когда она не смотрит на него так прямо и с вызовом, Уильяму становится легче не только соображать, но и дышать.
Картинка перед глазами выстраивается медленно, но приобретает определенные очертания после каждого слова Хоган. Сложить два и два получается гораздо тяжелее, чем это происходило ранее — Уилл списывает такую рассеянность на недосып: диафильмы, демонстрируемые Билли ночью во всей красе, с потрясающей воображение детализацией, не обладают снотворным эффектом от слова совсем. Но если раньше посыл был ясен как день, то после того, как Хоган оказалась здесь, на пороге его дома, живая и ни разу не покалеченная (Уильям, рассматривая Мод, пока та не него не смотрит, отмечает про себя, насколько хорошо она сегодня выглядит — и это ещё больше его бесит), смысл того короткометражного фильма ужасов смазался, потому что логики в произошедшем Уильям не наблюдал. Может быть, Билли просто хотел её убить? Нет, это нереально по многим причинам. Во-первых, если бы он мог делиться с Уиллом своими тайными, омерзительными желаниями, то Ясперс сам давным давно поехал бы крышей, уйдя в себя настолько глубоко, что даже короткие вылазки при данном состоянии показались бы непозволительной роскошью. Подробность и эмоциональная составляющая тех видений доказывает, что это — далеко не фантазия, а реальность, самая что ни на есть настоящая, пусть и происходившая несколько дней назад.
Во-вторых, конечно, само отношение Билли, которое для Уильяма с недавних пор уже не является страшным секретом, во многом благодаря тем же самым снам. Так что такого Мод могла сделать, что Билли так разозлился? И вообще, с какого перепугу Хоган вдруг приходит, даже не позвонив?
Или она ожидала увидеть не его?
Фраза о её чувствах прерывает не только мыслительный процесс, но и начатую вдруг фразу: Уилл так и замирает, чуть приоткрыв рот и сильно распахнув веки. Колеблющаяся где-то на уровне глотки злость выплёскивается, заставляя Уильяма сильно сжать пальцы. Прямой взгляд Мод и её весьма провокационный вопрос раздражают, нагнетая это ощущение ещё сильнее.
— А ты можешь мне объяснить? — раздраженно произносит Уильям, снова отворачиваясь в сторону забора. — Потому что я уже ни черта не понимаю, — добавляет он практически бесцветно и, небрежно пожимая плечами, чуть кривит губы; Ясперс поворачивается боком, но затем, не дожидаясь, пока Мод пройдёт, делает шаг в сторону гостиной.
Слишком много вопросов возникает в его голове, чтобы оставить их без ответов.

5

Никогда ещё паника так сильно и внезапно не охватывала Хоган. Все видения и страхи не терпели никакого сравнения с тем, насколько сильно её повергло в нервозное состояние выражение лица Уилла. Ей отчаянно захотелось открыть сумку и откопать там таблетки, когда-то выписанные Ясперсом – Мод по-прежнему, без тени сомнения, предъявляла в аптеке бумажку с его росчерком, благо, что срок действия рецепта ещё не истёк. Проблема была лишь в двух сопутствующих обстоятельствах. Во-первых, раскрываться перед Уильямом, сколько таблеток за раз она принимает, когда чувство страха припирает под самое горло, было опрометчиво даже сейчас. Во-вторых, заветный темно-желтый пузырек уже несколько недель спрятан дома, за всем остальным содержимым  шкафчика в ванной.
У Мод всё сжимается в тугой ком где-то на уровне груди. Пальцы сами собой цепляют ремешок сумочки, стоит Уиллу чуть отвести взгляд. Даже удерживая кожаный хлястик, Хоган явственно ощущает, как начинают мелкой дрожью трястись руки. Больше всего в данный момент она надеется, что Ясперс этого не заметит. К счастью, ему не до резко переменившегося состояния внезапно явившейся к нему на порог бывшей пациентки.
Хоган изо всех сил пытается держаться спокойно, хотя первоначальный настрой не сдавать позиции перед Уиллом, что бы он на этот раз ни вытворил, разрушился в одночасье, стоило ему повести себя подобным образом. Ему тяжело, и Мод не только видит и понимает это, она словно чувствует отголоски состояния Ясперса внутри себя. Хоган знает, сколько на него навалилось подряд, причём что-то – по её вине. Уильям вполне может думать теперь, что зря он рассказал Мод о своих проблемах, напрасно впустил её в свою жизнь. Открывшись, он, по-хорошему, должен был бы немного расслабиться и не стесняться ничего из того, что с ним творится – ни выходов Билли, ни собственных скачков настроения. Но почему-то Хоган кажется, что Ясперс, привыкший быть один и всегда справляться со своими делами самостоятельно, наоборот ощущает себя чуть ли не беззащитным после того, как Мод узнала правду. Только Уилл наверняка не догадывается, как много на самом деле известно девушке. Слова Билли, на которые Хоган тогда не нашлась, что ответить, тем не менее засели в её сознании. Пусть она не могла сказать этого вслух, по крайней мере, в разговоре с альтер-эго Уильяма, а не с ним самим, наличия определенных чувств её молчание не отменяло. Снова повести себя как истеричка и оставить Ясперса, даже несмотря на то, что его реакция на её персону вызывает у Мод не самые приятные эмоции, она себе не позволит. Не из-за Билли, который, явившись, как яркая вспышка, снова захочет, чтобы Хоган была рядом. Не из-за себя и желания сохранить свое душевное якобы спокойствие, которое, опять же якобы, должно прийти, если Мод перестанет общаться с Ясперсом. А из-за того, что Уилл важнее, чем её психозы и обиды.
Когда эта мысль оформляется в голове девушки, Ясперс уже успевает развернуться к ней спиной. Мод с отчаянием восклицает: «Да я тоже ничего не понимаю!», правда, только внутренне. Хоган колеблется, входить ли вслед за ним в дом. Уилл вроде и хочет поговорить, а вроде и нет; как будто оставляет Мод право решать. И она делает выбор. Как ей чувствуется, правильный. Потому что отворачиваться и бросать всё вот так – не то, чего хочется, по крайней мере, ей самой.
- Я могу попытаться, - Хоган произносит эти слова не так уверенно, как собиралась, но вот шагает за порог и закрывает за собой дверь без тени сомнения.
Она проходит чуть вглубь гостиной, оставляя Уильяму ту дистанцию от себя, что была ему необходима. Мод не спешит садиться, осторожно наблюдая, что делает Ясперс и стараясь уловить момент, когда она может начать говорить. Пауза кажется девушке затянувшейся, когда что-то, исходящее от Уилла, что-то сродни некоторому успокоению, подсказывает ей, что он готов – более или менее.
- Несколько дней назад, - ровным тоном начинает Хоган, держась всё ещё скованно, готовая в любой момент остановиться. – Мы виделись с Билли. Он очень сильно разозлился на меня. Из-за того, что я тогда ушла. Он посчитал, что я тебя… вроде того бросила.
Мод замирает, едва слышно вздохнув.
- Мы ещё встретились вечером. Поздно. Я была с друзьями, а он подумал, что я уже пустилась во все тяжкие и про всё забыла. Мне с трудом удалось ему объяснить, что это не так. Вроде он всё понял и успокоился.
«А теперь, видимо, я как-то должна втолковать это тебе».
Удивительно, как легко Мод переключалась, попеременно общаясь с ними обоими. Только теперь до неё начало доходить, что, может быть, она и не разделяла их никогда толком? Стоит вспомнить хотя бы их разговор с Уиллом, когда Хоган старалась убедить его, что Билли – часть него, такая же подвластная контролю, как и все остальные процессы. Это сродни тому, как если бы у одного человека случались резкие перепады настроения. Ведь не прекращать же отношения, если твой близкий сегодня зол, а завтра, наоборот, спокоен. Каким бы он ни был, ты подстраиваешься и тоже выбираешь линию поведения, соответствующую случаю. Разве что с Уильямом это проявлялось куда ярче, чем с кем-либо другим.
Сейчас Ясперс был непонятен для Мод. Он уже не был Уиллом в чистом виде, но не являлся и Билли в полной мере. Зная, что единожды синтез уже имел место быть, Хоган причисляла эти изменения в Уильяме к сдвигу в сторону выздоровления. То, что терапия может быть болезненной не только для самого пациента, но и для окружающих, было, конечно, не секретом. Всё это нужно перетерпеть. Мод хотела бы быть рядом и не только увидеть результат и тот момент, когда у Уилла всё наладится, но и присутствовать в процессе, с какими бы моральными затратами ни пришлось через это пройти. Они оба рисковали. Ясперс – когда посвящал Хоган в свою тайну. Она – когда  предлагала свою помощь. Теперь Мод понимала, что это уже оправдано. Девушка видит, что предпосылки к изменениям есть. Её поддерживает и то, что Билли принимает их. А Уилл – нет. Он всё ещё борется против самого себя, когда все остальные уже исчерпали сомнения.
Никогда до этого Уилл не казался Мод таким далеким – ни в фигуральном, ни в буквальном смысле. Находясь на другом конце города, не разговаривая с ним по несколько дней, Хоган и то не ударялась в какие-либо переживания, хоть сколько похожие на нынешние. Просто тогда она знала, что за этим обоюдным молчанием не скрыто чего-то угрожающего. Ясперс немало пережил, пока Мод осознанно ограждала себя от него. Благодаря Билли, она была в курсе каких-то конкретных событий, но вот что Уильям чувствовал, о чем думал на протяжении всего этого времени, Хоган не могла представить. Единственное, что Мод теперь старалась не отпускать от себя ни в коем случае, так это знание, что она всё же нужна ему. Также, как он нужен ей.
- Он был прав, Уилл. Что бесился и орал на меня, - понизив голос, констатирует Хоган. – Я поступила как… Как эгоистка. Когда Билли рассказал, что ты не выходишь, что он почти тебя не чувствует… Я очень переживала.
«Правильнее было бы сказать – чуть не сдохла».
- Прости меня, Уилл, пожалуйста, - поднося ладони к горящим щекам и на мгновение прикрывая глаза, судорожно, но тихо выпаливает Мод. – Не должна я была тогда психовать. Уходить, да и вообще устраивать весь этот цирк. Я хотела стать для тебя той, с кем ты можешь разделить всё, что тебя беспокоит. Быть человеком, на которого ты можешь положиться. А в итоге только подкинула тебе проблем.
Хоган опускает руки, скрещивая их на груди, и смотрит в сторону, задумчиво, по привычке, покусывая нижнюю губу.
- Не на это мы рассчитывали, - с грустью добавляет Мод, вновь обращая взгляд на Ясперса. – Сейчас всё не так, как должно быть. Хотела бы я тебя обнять, но… - Хоган чуть пожимает плечами и слегка усмехается. – Я помню, что я не должна к тебе прикасаться. Не хочу больше делать что-то, что тебя заденет.

6

Уильяму резко хочется покурить. Новое чувство, которое он удовлетворил сегодня впервые за всю жизнь, вновь навещает его, стоит Хоган начать свой рассказ; Ясперсу кажется, что ничего хорошего она ему точно не поведает: стоит посмотреть на понурое выражение её лица, чтобы это понять. Она не садится, а остаётся стоять (видимо, готовая в любой момент свалить, если Уилл всё-таки решит её выгнать), чем изрядно угнетает и без того раздражённого Ясперса. Но он молчит, скрещивая руки на груди и опираясь боком о спинку кресла; внимательно всматривается в лицо Мод, задерживает взгляд на глазах, потом переводит на губы, и чувствует, как его бросает в жар; отворачиваясь, Ясперс отвлекается на висящую на стене картину. Его смущает то, как он реагирует на Хоган, но не потому, что раньше такого не было: ощущения кажутся слишком волнующими, чтобы просто он них отмахнуться.
Рассказ Хоган видится Ясперсу весьма логичным, хоть поведение Билли определённо не просто злит, а категорически бесит: с чего этот придурок решил, что ор и удушение Мод может как-то помочь состоянию Ясперса? Будто бы сам Уилл не может решить, что ему нужно; будто бы Билли считает его не просто совладельцем тела, а человеком, которого нужно опекать. С какой стати? Уильям считает, что он сам может о себе позаботиться, и покровительство великого и ужасного Билли ему нахер не сдалось.
Но Хоган утверждает, что он прав. И это повышает градус раздражения практически до максимума.
Он вскидывает голову, смотря, как Хоган закрывает лицо руками и чуть ли не плачет. Почему-то его это не трогает — жалость к окружающим как будто атрофировалась под действием настолько мощного стресса. Тем более, учитывая, что Уильям до сих пор чертовски злится на неё, эти терзания воспринимаются как попытка выбить сочувствие, но не признание собственной вины.
Правда, как только Уильям собирается вставить своё веское «что сделано — то сделано», как Мод практически прибивает его к полу тем, что говорит после.
И это, к её сожалению, окончательно выводит Ясперса из себя.
— Заденет меня?! — повторяет Уилл последнюю фразу Хоган, а потом опускает голову, тяжело и громко вздыхая, словно ему на плечи взвалили огромный походный рюкзак. Он машет головой из стороны в сторону, а затем, разворачиваясь к книжной полке, берет в руки пачку сигарет. Удивительно ловко выуживает одну зубами прямо из пачки — так, словно делал это не раз, словно этот жест не новый, а отточенный до автоматизма.  Уильям забывает о том, что Хоган считает Уилла некурящим: он думает только о том, что она тоже курит, а значит будет не против. Но всё равно спрашивает.
— Будешь? — и протягивает ополовиненную пачку.

Отредактировано William Jaspers (03.12.2015 22:34:29)


Вы здесь » FREAKTION » Архив незавершенных эпизодов » 2015.03.26 End Of Me


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC